Голосование

Как Вы считаете, необходимо ли создание историко-мемориального комплекса на месте Митрофаниевского кладбища?

Да - 89.1%
Нет - 5.1%
Мне все равно - 5.8%

Всего голосов:: 3188
Голосование по этому опросу закончилось
 
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня

ТЕМА: Морское право

Морское право 08 Март 2019 18:10 #71410

  • Dobrohot
  • Dobrohot аватар
  • Не в сети
  • Сообщений: 737
  • Спасибо получено: 137
  • Репутация: 0
Конвенция об охране подводного культурного наследия
Принята 2 ноября 2001 года

Генеральная конференция,

признавая важное значение подводного культурного наследия как составной части культурного наследия человечества и особо важного элемента истории народов и наций, а также отношений между ними, касающихся их общего наследия,

осознавая важность охраны и сохранения подводного культурного наследия, а также тот факт, что ответственность за это несут все государства,

отмечая растущий общественный интерес к подводному культурному наследию и ценность, которую придает ему общественность,

будучи убеждена в важности исследований, информации и просвещения для охраны и сохранения подводного культурного наследия,

будучи убеждена в том, что общественность вправе пользоваться теми возможностями, которые предоставляет для образования и досуга ответственный и безвредный доступ к подводному культурному наследию in situ, а просвещение общественности способствует росту информированности об этом наследии, оценке его значения и его охране,

осознавая угрозу, которую представляет для подводного культурного наследия несанкционированная деятельность, направленная на него, и необходимость усиления мер для предотвращения такой деятельности,

осознавая необходимость реагировать соответствующим образом на возможное негативное влияние на подводное культурное наследие правомерной деятельности, которая может случайно воздействовать на него,

будучи глубоко обеспокоена растущей коммерческой эксплуатацией подводного культурного наследия и особенно определенными видами деятельности, имеющими целью продажу, приобретение или бартер объектов подводного культурного наследия,

осознавая доступность высоких технологий, расширяющих возможности обнаружения подводного культурного наследия и доступа к нему,

полагая, что сотрудничество государств, международных организаций, научных учреждений, профессиональных объединений, археологов, водолазов, других заинтересованных сторон и общественности в целом является необходимым для охраны подводного культурного наследия,

принимая во внимание, что обследование, раскопки и охрана подводного культурного наследия требуют наличия и применения специальных научных методов и использования соответствующей технологии и оборудования, а также высокой степени профессиональной специализации, что в совокупности указывает на необходимость унифицированных руководящих критериев,

осознавая необходимость кодификации и прогрессивного развития норм, касающихся охраны и сохранения подводного культурного наследия в соответствии с международным правом и практикой, включая Конвенцию ЮНЕСКО о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности от 14 ноября 1970 г., Конвенцию ЮНЕСКО об охране всемирного культурного и природного наследия от 16 ноября 1972 г., а также Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 декабря 1982 г.,

будучи привержена повышению эффективности мер на международном, региональном и национальном уровнях для сохранения in situ или, если это необходимо в научных целях или в целях охраны, для осторожного извлечения подводного культурного наследия,

решив на своей двадцать девятой сессии, что этот вопрос явится предметом международной конвенции,

принимает настоящую Конвенцию 2 ноября 2001 года.

Статья 1 — Определения
Для целей настоящей Конвенции:

1.

a) «Подводное культурное наследие» означает все следы человеческого существования, имеющие культурный, исторический или археологический характер, которые частично или полностью, периодически или постоянно находятся под водой на протяжении не менее 100 лет, такие, как:

i) объекты, сооружения, здания, артефакты и человеческие останки вместе с их археологическим и природным окружением;

ii) суда, летательные аппараты, другие транспортные средства или любые их части, их груз или другое содержимое, вместе с их археологическим и природным окружением; и

iii) предметы доисторического характера.

b) Трубопроводы и кабели, проложенные по дну моря, не считаются подводным культурным наследием.

с) Иные установки, не являющиеся трубопроводами или кабелями, которые размещены на дне моря и продолжают использоваться, не считаются подводным культурным наследием.

2.

a) «Государства-участники» означает государства, которые согласились на обязательность для них настоящей Конвенции и для которых настоящая Конвенция находится в силе.

b) Настоящая Конвенция применяется mutatis mutandis к территориям, указанным в пункте 2 b) статьи 26, которые становятся участниками настоящей Конвенции в соответствии с условиями, установленными в указанном пункте, и в этой мере под термином «государства-участники» понимаются эти территории.

3. «ЮНЕСКО» означает Организацию Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры.

4. «Генеральный директор» означает Генерального директора ЮНЕСКО.

5. «Район» означает дно морей и океанов и его недра за пределами национальной юрисдикции.

6. «Деятельность, направленная на подводное культурное наследие», означает деятельность, основным объектом которой является подводное культурное наследие и которая прямо или косвенно может нарушить физическое состояние подводного культурного наследия или может иным образом причинить ему ущерб.

7. «Деятельность, которая может случайно воздействовать на подводное культурное наследие», означает деятельность, основным объектом или одним из объектов которой не является подводное культурное наследие, но которая тем не менее может нарушить физическое состояние подводного культурного наследия или иным образом причинить ему ущерб.

8. «Государственные суда и летательные аппараты» означает военные корабли и другие суда или летательные аппараты, которые принадлежали государству или эксплуатировались им и использовались в то время, когда они затонули, только в правительственных некоммерческих целях и которые идентифицированы в качестве таковых и отвечают определению подводного культурного наследия.

9. «Правила» означают Правила, касающиеся деятельности, направленной на подводное культурное наследие, указанные в статье 33 настоящей Конвенции.

Статья 2 — Цели и общие принципы
1. Настоящая Конвенция имеет своей целью обеспечение и укрепление охраны подводного культурного наследия.

2. Государства-участники сотрудничают в деле охраны подводного культурного наследия.

3. Государства-участники сохраняют подводное культурное наследие на благо человечества в соответствии с положениями настоящей Конвенции.

4. Государства-участники, в зависимости от обстоятельств по отдельности или совместно, принимают в соответствии с настоящей Конвенцией и международным правом все надлежащие меры, необходимые для охраны подводного культурного наследия, используя для этого наилучшие имеющиеся в их распоряжении практически применимые средства в зависимости от своих возможностей.

5. До разрешения любой деятельности, направленной на подводное культурное наследие, или до начала осуществления такой деятельности в качестве приоритетного варианта рассматривается возможность сохранения подводного культурного наследия in situ.

6. Извлеченное подводное культурное наследие помещается на хранение, консервируется и управление им осуществляется таким образом, который обеспечивает его долговременное сохранение.

7. Подводное культурное наследие не должно эксплуатироваться в коммерческих целях.

8. В соответствии с практикой государств и международным правом, включая Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву, ничто в настоящей Конвенции не должно толковаться как изменяющее нормы международного права и практику государств, относящиеся к суверенному иммунитету, а также права любого государства в отношении его государственных судов и летательных аппаратов.

9. Государства-участники обеспечивают должное уважение ко всем человеческим останкам, находящимся в морских водах.

10. Поощряется ответственный и безвредный доступ с целью наблюдения или документирования in situ подводного культурного наследия в целях информирования общественности о наследии, осознания ценности и охраны наследия, за исключением случаев, когда такой доступ не совместим с его охраной и управлением.

11. Никакой акт или действие, осуществляемые на основе настоящей Конвенции, не создают оснований правопритязания, оспаривания, отстаивания каких-либо претензий в отношении национального суверенитета или юрисдикции.

Статья 3 — Соотношение между настоящей Конвенцией и Конвенцией Организации Объединенных Наций по морскому праву
Ничто в настоящей Конвенции не наносит ущерба правам, юрисдикции и обязанностям государств по международному праву, включая Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву. Толкование и применение настоящей Конвенции осуществляются в контексте и в соответствии с международным правом, включая Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву.

Статья 4 — Соотношение с правилами спасания и правилами, относящимися к кладам
Любая деятельность в отношении подводного культурного наследия, к которой применима настоящая Конвенция, не подпадает под действие правил спасания или правил, относящихся к кладам, за исключением случаев, когда такая деятельность:

a) разрешена компетентными властями; и

b) полностью соответствует настоящей Конвенции; и

с) обеспечивает в случае любого извлечения подводного культурного наследия его максимальную охрану.

Статья 5 — Деятельность, которая может случайно воздействовать на подводное культурное наследие
Каждое государство-участник использует наилучшие имеющиеся в его распоряжении практически применимые средства для предотвращения или смягчения любых возможных неблагоприятных последствий подпадающей под его юрисдикцию деятельности, которая может случайно воздействовать на подводное культурное наследие.

Статья 6 — Двусторонние, региональные или другие многосторонние соглашения
1. Поощряется заключение государствами-участниками двусторонних, региональных или других многосторонних соглашений или развитие существующих соглашений в целях сохранения подводного культурного наследия. Все такие соглашения должны полностью соответствовать положениям настоящей Конвенции и не ослаблять ее универсальный характер. Государства могут в таких соглашениях принимать нормы и правила, обеспечивающие большую охрану подводного культурного наследия, нежели нормы и правила, установленные в настоящей Конвенции.

2. Стороны таких двусторонних, региональных или других многосторонних соглашений могут приглашать присоединиться к указанным соглашениям государства, имеющие поддающуюся проверке связь, особенно связь культурного, исторического или археологического характера, с данным подводным культурным наследием.

3. Настоящая Конвенция не изменяет прав и обязанностей государств-участников в отношении охраны затонувших судов, которые вытекают из двусторонних, региональных или других многосторонних соглашений, заключенных до ее принятия, и, в особенности, таких соглашений, которые соответствуют целям настоящей Конвенции.

Статья 7 — Подводное культурное наследие во внутренних водах, архипелажных водах и территориальном море
1. Государства-участники в осуществление своего суверенитета имеют исключительное право регулировать и разрешать деятельность, направленную на подводное культурное наследие, в своих внутренних водах, архипелажных водах и территориальном море.

2. Без ущерба для других международных соглашений и норм международного права в отношении охраны подводного культурного наследия государства-участники требуют, чтобы Правила, касающиеся деятельности, направленной на подводное культурное наследие, применялись в их внутренних водах, архипелажных водах и территориальном море.

3. В своих архипелажных водах и территориальном море, в осуществление своего суверенитета и признавая общепринятую международную практику, государства-участники, с целью сотрудничества в отношении наиболее эффективных способов охраны государственных судов и летательных аппаратов, информируют об обнаружении такого поддающегося идентификации государственного судна или летательного аппарата государство флага, являющееся участником настоящей Конвенции, и, в соответствующих случаях, другие государства, имеющие поддающуюся проверке связь с данным объектом, особенно связь культурного, исторического или археологического характера.

Статья 8 — Подводное культурное наследие в прилежащей зоне
Без ущерба для статей 9 и 10 и в дополнение к ним, а также в соответствии с пунктом 2 статьи 303 Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву государства-участники в своих прилежащих зонах могут регулировать и разрешать деятельность, направленную на подводное культурное наследие. При этом они требуют применения Правил.

Статья 9 — Предоставление информации и уведомлений в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе
1. Все государства-участники несут ответственность за охрану подводного культурного наследия в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе в соответствии с настоящей Конвенцией. Соответственно:

a) государство-участник требует, чтобы в случаях, когда его гражданин или судно под его флагом обнаруживает подводное культурное наследие или намеревается вести деятельность, направленную на подводное культурное наследие, расположенное в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе этого государства, гражданин или капитан судна информировал его о таком обнаружении или такой деятельности;

b) в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе другого государства-участника:

i) государства-участники требуют, чтобы гражданин или капитан судна информировал их и упомянутое другое государство-участника о таком обнаружении или такой деятельности;

ii) в качестве альтернативного варианта государство-участник требует, чтобы гражданин или капитан судна информировал его о таком обнаружении или деятельности, и обеспечивает быструю и эффективную передачу этой информации всем остальным государствам-участникам.

2. При сдаче на хранение акта о ратификации, принятии, одобрении или присоединении государство-участник заявляет о способе передачи информации в соответствии с пунктом 1 b) настоящей статьи.

3. Государство-участник уведомляет Генерального директора о фактах обнаружения или деятельности, о которых оно было проинформировано в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи.

4. Генеральный директор безотлагательно предоставляет всем государствам-участникам любую информацию, полученную им в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи.

5. Любое государство-участник может заявить государству-участнику, в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе которого находится подводное культурное наследие, о своей заинтересованности в участии в консультациях относительно путей обеспечения эффективной охраны этого подводного культурного наследия. Такое заявление должно основываться на поддающейся проверке связи, особенно связи культурного, исторического или археологического характера, с данным подводным культурным наследием.

Статья 10 — Охрана подводного культурного наследия в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе
1. Разрешение на деятельность, направленную на подводное культурное наследие, расположенное в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе, не может выдаваться иначе, чем в соответствии с положениями настоящей статьи.

2. Государство-участник, в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе которого находится подводное культурное наследие, имеет право запрещать или разрешать любую деятельность, направленную на подводное культурное наследие, для предотвращения нарушения его суверенных прав или юрисдикции, установленных международным правом, включая Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву.

3. В случае обнаружения в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе государства-участника подводного культурного наследия или если имеется намерение осуществлять там деятельность, направленную на подводное культурное наследие, это государство-участник:

a) консультируется со всеми другими государствами-участниками, заявившими о своей заинтересованности в соответствии с пунктом 5 статьи 9, относительно путей обеспечения наиболее эффективной охраны подводного культурного наследия;

b) координирует такие консультации в качестве «координирующего государства», если только оно не заявляет определенно о своем нежелании делать этого; в этом случае государства-участники, заявившие о своей заинтересованности в соответствии с пунктом 5 статьи 9, назначают координирующее государство.

4. Без ущерба для обязанности всех государств-участников охранять подводное культурное наследие путем всех практически осуществимых мер, принимаемых в соответствии с международным правом для предотвращения любой непосредственной опасности, угрожающей подводному культурному наследию, включая мародерство, координирующее государство может принимать все практически осуществимые меры и/или выдавать все необходимые разрешения в соответствии с настоящей Конвенцией, в случае необходимости до консультаций, в целях предотвращения любой непосредственной опасности подводному культурному наследию вследствие деятельности человека или любых других причин, включая мародерство. При принятии таких мер может быть запрошено содействие других государств-участников.

5. Координирующее государство:

a) осуществляет меры охраны, согласованные государствами, участвующими в консультациях, включая координирующее государство, если только государства, участвующие в консультациях, включая координирующее государство, не договорятся о том, что эти меры осуществляет другое государство-участник;

b) выдает все необходимые разрешения в отношении таких согласованных мер в соответствии с Правилами, если только государства, участвующие в консультациях, включая координирующее государство, не договорятся о том, что такие разрешения выдает другое государство-участник;

с) может осуществлять любые необходимые предварительные исследования в отношении подводного культурного наследия и выдает все необходимые для этого разрешения и незамедлительно информирует о результатах Генерального директора, который в свою очередь незамедлительно предоставляет такую информацию другим государствам-участникам.

6. Координируя консультации, принимая меры, осуществляя предварительные исследования и/или выдавая разрешения в соответствии с настоящей статьей, координирующее государство действует от имени всех государств-участников в целом, а не в своих собственных интересах. Любое из вышеперечисленных действий не является само по себе основанием для притязаний на любые преференциальные или юрисдикционные права, не предусмотренные международным правом, включая Конвенцию Организации Объединенных Наций по морскому праву.

7. За исключением случаев, предусмотренных положениями пунктов 2 и 4 настоящей статьи, никакая деятельность, направленная на государственное судно или летательный аппарат, не может осуществляться без согласия государства флага и сотрудничества координирующего государства.

Статья 11 — Предоставление информации и уведомлений в Районе
1. Государства-участники несут ответственность за охрану подводного культурного наследия в Районе в соответствии с настоящей Конвенцией и статьей 149 Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву. Соответственно, в случаях, когда гражданин государства-участника или судно под его флагом обнаруживает подводное культурное наследие или намеревается вести деятельность, направленную на подводное культурное наследие, расположенное в Районе, это государство-участник требует, чтобы гражданин или капитан судна информировал его о таком обнаружении или деятельности.

2. Государства-участники уведомляют Генерального директора и Генерального секретаря Международного органа по морскому дну об обнаружениях или деятельности, о которых они были проинформированы.

3. Генеральный директор незамедлительно предоставляет всем государствам-участникам любую такую информацию, полученную от государств-участников.

4. Любое государство-участник может заявить Генеральному директору о своей заинтересованности в участии в консультациях относительно путей обеспечения эффективной охраны этого подводного культурного наследия. Такое заявление должно основываться на поддающейся проверке связи с соответствующим подводным культурным наследием, причем особое внимание должно уделяться преференциальным правам государств культурного, исторического или археологического происхождения.

Статья 12 — Охрана подводного культурного наследия в Районе
1. Разрешение на деятельность, направленную на подводное культурное наследие, расположенное в Районе, не может выдаваться иначе, чем в соответствии с положениями настоящей статьи.

2. Генеральный директор приглашает все государства-участники, заявившие в соответствии с пунктом 4 статьи 11 о своей заинтересованности, провести консультации относительно наиболее эффективных способов охраны подводного культурного наследия и назначить государство- участника, которое будет координировать такие консультации в качестве «координирующего государства». Генеральный директор приглашает также принять участие в таких консультациях Международный орган по морскому дну.

3. Все государства-участники могут принимать все практически осуществимые меры в соответствии с настоящей Конвенцией, в случае необходимости до консультаций, в целях предотвращения любой непосредственной опасности подводному культурному наследию вследствие деятельности человека или любых других причин, включая мародерство.

4. Координирующее государство:

a) осуществляет меры охраны, согласованные государствами, участвующими в консультациях, включая координирующее государство, если только государства, участвующие в консультациях, включая координирующее государство, не договорятся, что эти меры осуществляет другое государство-участник; и

b) выдает все необходимые разрешения в отношении таких согласованных мер в соответствии с настоящей Конвенцией, если только государства, участвующие в консультациях, включая координирующее государство, не договорятся о том, что такие разрешения выдает другое государство-участник.

5. Координирующее государство может осуществлять любые необходимые предварительные исследования в отношении подводного культурного наследия и выдает все необходимые для этого разрешения и незамедлительно информирует о результатах Генерального директора, который в свою очередь незамедлительно предоставляет такую информацию остальным государствам-участникам.

6. Координируя консультации, принимая меры, осуществляя предварительные исследования и/или выдавая разрешения в соответствии с настоящей статьей, координирующее государство действует на благо всего человечества, от имени всех государств-участников. Особое внимание уделяется преференциальным правам в отношении данного подводного культурного наследия государств культурного, исторического или археологического происхождения.

7. Никакое государство-участник не осуществляет и не разрешает деятельность, направленную на государственное судно или летательный аппарат в Районе, без согласия государства флага.

Статья 13 — Суверенный иммунитет
Военные корабли и другие государственные суда или военные летательные аппараты, обладающие суверенным иммунитетом, использующиеся в некоммерческих целях, функционирующие в обычном для них режиме и не занимающиеся деятельностью, направленной на подводное культурное наследие, не обязаны сообщать об обнаружении подводного культурного наследия, как это предписано статьями 9, 10, 11 и 12 настоящей Конвенции. В то же время государства-участники путем принятия надлежащих мер, не затрагивающих эксплуатацию или эксплуатационные возможности своих военных кораблей и других государственных судов или военных летательных аппаратов, обладающих суверенным иммунитетом и использующихся в некоммерческих целях, обеспечивают соблюдение ими в той мере, в какой это является разумным и практически осуществимым, положений статей 9, 10, 11 и 12 настоящей Конвенции.

Статья 14 — Контроль в отношении ввоза на территорию, торговых операций и владения
Государства-участники принимают меры по предотвращению ввоза на их территорию подводного культурного наследия, которое было незаконным образом экспортировано и/или извлечено в нарушение настоящей Конвенции, торговых операций с ним или владения таким наследием.

Статья 15 — Неиспользование районов, находящихся под юрисдикцией государств-участников
Государства-участники принимают меры для запрета использования своей территории, включая морские порты, а также искусственных островов, установок и сооружений, находящихся под их исключительной юрисдикцией или контролем, для целей содействия любой деятельности, направленной на подводное культурное наследие, осуществляемой в нарушение настоящей Конвенции.

Статья 16 — Меры в отношении граждан и судов
Государства-участники принимают все практически осуществимые меры по недопущению любой деятельности, направленной на подводное культурное наследие, осуществляемой в нарушение настоящей Конвенции, со стороны своих граждан и судов под своим флагом.

Статья 17 — Санкции
1. Каждое государство-участник устанавливает санкции за нарушение мер, принятых им во исполнение настоящей Конвенции.

2. Применяемые в отношении нарушений санкции должны быть адекватны по строгости наказания, с тем чтобы эффективно обеспечивать соблюдение положений настоящей Конвенции, предотвращать нарушения, где бы они ни происходили, и лишать нарушителей выгод, извлекаемых ими из их противоправной деятельности.

3. Государства-участники сотрудничают в обеспечении применения санкций, установленных в соответствии с настоящей статьей.

Статья 18 — Изъятие и распоряжение изъятым подводным культурным наследием
1. Каждое государство-участник принимает меры по изъятию на своей территории подводного культурного наследия, извлеченного в нарушение настоящей Конвенции.

2. Каждое государство-участник ведет учет, охраняет и принимает все разумные меры для обеспечения стабильного состояния подводного культурного наследия, изъятого в соответствии с настоящей Конвенцией.

3. Каждое государство-участник уведомляет о любом изъятии подводного культурного наследия, произведенном им в соответствии с настоящей Конвенцией, Генерального директора и любое другое государство, имеющее поддающуюся проверке связь, особенно связь культурного, исторического или археологического характера, с данным подводным культурным наследием.

4. Государство-участник, изъявшее подводное культурное наследие, обеспечивает распоряжение им в целях общественной пользы с учетом необходимости его сохранения и изучения; необходимости восстановления как единого целого рассредоточенных коллекций; необходимости обеспечения доступа общественности к этому наследию, демонстрации его на выставках, использования его в целях просвещения; а также с учетом интересов любого государства, имеющего поддающуюся проверке связь, особенно связь культурного, исторического или археологического характера, с данным подводным культурным наследием.

Статья 19 — Сотрудничество и обмен информацией
1. Государства-участники сотрудничают и оказывают друг другу содействие в охране и управлении подводным культурным наследием в соответствии с настоящей Конвенцией, включая, где это практически возможно, сотрудничество в вопросах исследования, раскопок, документирования, обеспечения сохранности, изучения и показа публике такого наследия.

2. В той степени, в какой это совместимо с целями настоящей Конвенции, каждое государство-участник обязуется обмениваться с другими государствами-участниками информацией относительно подводного культурного наследия, включая информацию об обнаружении этого наследия, его местонахождении, раскопках или извлечении в нарушение положений настоящей Конвенции либо в нарушение иных норм международного права, о соответствующей научной методологии и технологии, а также о разработке правовых норм, применимых к такому наследию.

3. Информация, которой обмениваются между собой государства-участники или ЮНЕСКО и государства-участники в отношении обнаружения или местонахождения подводного культурного наследия, в той мере, в какой это совместимо с их национальным законодательством, имеет конфиденциальный характер и доступна только компетентным ведомствам государств-участников, поскольку разглашение такой информации может представлять опасность или создавать риск для целей охраны такого подводного культурного наследия.

4. Каждое государство-участник принимает все практически осуществимые меры для распространения информации, в том числе, если это возможно, посредством соответствующих международных баз данных, о подводном культурном наследии, раскопки или извлечение которого были произведены в нарушение настоящей Конвенции либо в нарушение иных норм международного права.

Статья 20 — Информированность общественности
Каждое государство-участник принимает все практически осуществимые меры для обеспечения более широкой информированности общественности в отношении ценности и значимости подводного культурного наследия, а также важности его охраны в соответствии с настоящей Конвенцией.

Статья 21 — Подготовка в области подводной археологии
Государства-участники сотрудничают в подготовке специалистов в области подводной археологии, в разработке методов консервации подводного культурного наследия и, на согласованных условиях, в передаче технологий, относящихся к подводному культурному наследию.

Статья 22 — Компетентные ведомства
1. Для обеспечения должного выполнения настоящей Конвенции государства-участники учреждают компетентные ведомства либо в соответствующих случаях укрепляют существующие ведомства в целях создания, поддержания и обновления реестра подводного культурного наследия, его эффективной охраны, консервации, показа публике и управления им, а также в исследовательских и образовательных целях.

2. Государства-участники сообщают Генеральному директору название и адрес своих компетентных ведомств, занимающихся вопросами подводного культурного наследия.

Статья 23 — Совещания государств-участников
1. Генеральный директор созывает Совещание государств-участников в течение одного года после вступления в силу настоящей Конвенции и затем не менее одного раза в два года. По требованию большинства государств-участников Генеральный директор созывает внеочередное Совещание государств-участников.

2. Совещание государств-участников определяет свои функции и обязанности.

3. Совещание государств-участников принимает свои Правила процедуры.

4. Совещание государств-участников может создать Консультативный научно-технический орган, состоящий из экспертов, назначенных государствами-участниками с должным учетом принципа справедливого географического распределения и желательного соотношения в нем мужчин и женщин.

5. Консультативный научно-технический орган оказывает соответствующее содействие Совещанию государств-участников в научных и технических вопросах, связанных с применением Правил.

Статья 24 — Секретариат Конвенции
1. Генеральный директор обеспечивает секретариатское обслуживание Конвенции.

2. В обязанности Секретариата входят:

а) организация Совещаний государств-участников, как это предусмотрено пунктом 1 статьи 23; и

b) содействие государствам-участникам в осуществлении решений Совещаний государств-участников.

Статья 25 — Мирное урегулирование споров
1. Любой спор между двумя или более государствами-участниками относительно толкования или применения настоящей Конвенции подлежит урегулированию путем переговоров в духе доброй воли или иными мирными средствами по собственному выбору государств-участников.

2. Если в течение разумного периода времени спор не удается урегулировать посредством переговоров, он может с согласия заинтересованных государств-участников быть передан ЮНЕСКО, выступающей в качестве посредника.

3. В отсутствие посредничества, либо если при посредничестве спор не урегулирован, положения об урегулировании споров, предусмотренные Частью XV Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву, применяются mutatis mutandis в отношении любого спора между государствами — участниками настоящей Конвенции в отношении толкования или применения настоящей Конвенции вне зависимости от того, являются ли они участниками Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву.

4. Любая процедура, избранная государствами — участниками настоящей Конвенции и Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву в соответствии с ее статьей 287, применяется для урегулирования споров в соответствии с настоящей статьей, если только государство-участник при ратификации, принятии, одобрении настоящей Конвенции или присоединении к ней либо в любое время после этого не изберет для урегулирования споров, возникающих в связи с настоящей Конвенцией, иную процедуру в соответствии со статьей 287.

5. Государство — участник настоящей Конвенции, не являющееся участником Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву, при ратификации, принятии, одобрении настоящей Конвенции или присоединении к ней или в любое время после этого может в соответствии с настоящей статьей выбрать посредством письменного заявления одно или несколько средств, предусмотренных в пункте 1 статьи 287 Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву, для целей урегулирования споров. Статья 287 применяется к такому заявлению, а также к любому спору, в котором данное государство является стороной и который не охватывается действующим заявлением. Для целей согласительной процедуры и арбитража в соответствии с приложениями V и VII Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву такое государство имеет право назначить посредников и арбитров, включаемых в списки, упомянутые в статье 2 Приложения V и в статье 2 Приложения VII, для урегулирования споров, возникающих в связи с настоящей Конвенцией.

Статья 26 — Ратификация, принятие, одобрение или присоединение
1. Настоящая Конвенция подлежит ратификации, принятию или одобрению государствами — членами ЮНЕСКО.

2. К настоящей Конвенции могут присоединиться:

a) государства, не являющиеся членами ЮНЕСКО, но являющиеся членами Организации Объединенных Наций или какого-либо специализированного учреждения системы Организации Объединенных Наций или Международного агентства по атомной энергии, а также государства — участники Статута Международного Суда и любое другое государство, которое получит от Генеральной конференции ЮНЕСКО приглашение присоединиться к настоящей Конвенции;

b) территории, имеющие полное внутреннее самоуправление, которые признаются как таковые Организацией Объединенных Наций, но не достигли полной независимости в соответствии с резолюцией 1514 (XV) Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, и обладающие компетенцией в вопросах, регулируемых настоящей Конвенцией, в том числе компетенцией по заключению договоров, относящихся к таким вопросам.

3. Ратификационные грамоты или акты о принятии, одобрении или присоединении сдаются на хранение Генеральному директору, выступающему в качестве депозитария.

Статья 27 — Вступление в силу
Настоящая Конвенция вступает в силу через три месяца со дня сдачи на хранение двадцатой ратификационной грамоты или акта, упомянутых в статье 26, но лишь в отношении двадцати государств или территорий, которые сдали на хранение свои ратификационные грамоты или акты о принятии, одо
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Морское право 08 Март 2019 18:12 #71411

  • Dobrohot
  • Dobrohot аватар
  • Не в сети
  • Сообщений: 737
  • Спасибо получено: 137
  • Репутация: 0

Вложенный файл:

Имя файла: Infokitrusse.pdf
Размер файла:944 KB
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Морское право 08 Март 2019 18:15 #71412

  • Dobrohot
  • Dobrohot аватар
  • Не в сети
  • Сообщений: 737
  • Спасибо получено: 137
  • Репутация: 0
Правовой статус затонувших военных объектов



Вопросы правового статуса затонувшего имущества, кораблей, судов и летательных аппаратов[1] также остались вне пределов регулирования КМП-82. Вместе с тем гибель военного корабля, летательного аппарата или иного военного объекта с членами экипажа как в бою, так и в мирное время образует на дне не просто могилу, а военное захоронение, попечение о котором должно осуществлять государство флага.

Применительно к настоящей книге под "затонувшим военным имуществом" следует понимать корабль (судно), летательный аппарат, принадлежащий вооруженным силам государства, их части и принадлежности, а также принадлежащее экипажу военное снаряжение и прочее имущество, дрейфующие под водой, находящиеся на дне или выброшенные на мелководье, банки или скалы, при условии утраты судовладельцем способности к их управлению.

Анализ известных случаев работ в местах гибели военных кораблей свидетельствует пусть пока о незначительной, но весьма важной и поучительной прецедентной практике, складывающейся по отношению к затонувшему военному имуществу.

Трагедия с российской атомной подводной лодкой "Курск" и осуществленные на лодке работы показали, что технический аспект судоподъема, на наш взгляд, уже достиг того уровня, когда проблема регулирования судоподъемных работ и иных работ на затонувших объектах требует вполне определенного международно-правового оформления.

Считается уже "академическим" случай подъема летом 1974 г. американским судном "Гломар Эксплорер" части советской подводной лодки, затонувшей в 1968 г. в тысяче миль северо-западнее от Гаваев. Советский Союз о факте и районе затопления (или катастрофы) официально не сообщал и вплоть до подъема отсека подводной лодки никаких официальных демаршей не предпринимал. Однако осенью 1980 г. при попытке подъема крейсера "Адмирал Нахимов", затонувшего в Корейском проливе во время русско-японской войны 1904–1905 гг., японской частной фирмой советская сторона заявила решительный протест, объявляя район гибели "Адмирала Нахимова" "военно-морским захоронением". Весьма поучительной, с точки зрения дальнейших умозаключений, явилась и практика спасательных работ в месте гибели советской атомной подводной лодки "Комсомолец" 7 апреля 1989 г.

Соотнося практику судоподъема со статусом различных категорий морских пространств, справедливо сделать следующие выводы:

1. Во внутренних, архипелажных водах и территориальном море вопрос судоподъема может быть решен только с получением разрешения прибрежного государства на проведение указанных работ.
2. В прилежащей зоне допустимо проведение судоподъемных работ с санкции прибрежного государства, с соблюдением санитарных или иных правил, вытекающих из законодательства государства, осуществляющего на эти пространства свою юрисдикцию.
3. В ИЭЗ и на континентальном шельфе иностранного государства судоподъемные работы не противоречат положениям КМП-82. Однако если характер их последствий угрожает или наносит ущерб биологическим или минеральным ресурсам указанных пространств, прибрежное государство вправе потребовать от бывшего судовладельца:
– ликвидации источника опасности;
– возмещения наносимого ущерба.
Непринятие мер по судоподъему указанного источника повышенной опасности может служить формальным основанием для принятия "страдающим" государством самостоятельных мер по ликвидации источника опасности.

В случае если достоверно установлено, что затонувшее в архипелажных водах или территориальном море государственное судно, военный корабль или летательный аппарат, принадлежащий иному государству, прибрежное государство информирует об обнаружении такого поддающегося идентификации объекта (п. 3 ст. 7 Конвенции об охране подводного культурного наследия 2001 г.).

Правовой статус затонувшего военного имущества следует рассматривать в связи с конкретной стадией судоподъемных или иных подводных работ, например связанных с предотвращением выхода из корпуса корабля особо опасных веществ. Затонувший объект в процессе подводных или судоподъемных операций может находиться в следующих функциональных состояниях: на дне; на поверхности после судоподъема с обеспечением нахождения в водоизмещающем состоянии; погруженным на специализированный плавучий объект (например, типа самоходной баржи "Giant 4") или транспортное судно государства флага (или на иностранное судно).

Находясь на дне, вне зависимости от статуса района затопления, затонувший военный корабль (летательный аппарат) является собственностью государства флага или регистрации и остается под его суверенитетом, пока это государство формально от него не откажется. Вместе с тем затонувший корабль (судно) не может признаваться военным кораблем, так как в затонувшем состоянии лишен признаков, предусмотренных международным морским правом, в частности КМП-82, для таких морских объектов.

В КМП-82 содержится вполне определенное понятие "военный корабль", которое означает "судно, принадлежащее вооруженным силам государства, имеющее внешние знаки, отличающие такие суда его национальности, находящееся под командованием офицера, который состоит на службе у правительства данного государства и фамилия которого занесена в соответствующий список военнослужащих или эквивалентный ему документ, и имеющее экипаж, подчиненный регулярной военной дисциплине" (ст. 29 КМП-82).

Однако ситуация резко изменится, если удачно смоделировать подъем затонувшего корабля (судна) и придать ему положительную плавучесть для дальнейшей транспортировки. Потеряв статус военного корабля, поднятое судно становится объектом тех же норм, которым подчинены суда, находящиеся на некоммерческой службе, но с приобретением характеристики судна возникнет проблема юридического оформления такой функциональной трансформации, поскольку с учетом определений, зафиксированных в кодексах мореплавателей многих стран, включая и КТМ РФ, а также в МППСС-72, поднятый на поверхность корабль будет являться судном. Более существенным представляется вопрос о владельце такого судна. Применительно к российскому законодательству собственником такого судна может явиться как государство в лице ВМФ, так и государственный орган морского транспорта, кооперативная или общественная организация. Не вдаваясь далее в эту проблему, поскольку это вполне самостоятельный вопрос, заметим, что сразу же после подъема возникнут проблемы документального оформления права плавания под флагом конкретного государства: процедура подъема флага (и какого, если, например, по договору со спасателем последний должен на свой страх и риск отбуксировать судно в конкретный район или порт), регистрация судна и целый ряд других, связанных с этим вопросом. Подобные проблемы кажутся несколько искусственными, если можно было бы со стопроцентной гарантией утверждать, что транспортировка поднятого объекта будет безаварийной. В противном случае при совершении аварии, например вызванной столкновением с другим судном, в процессе транспортировки вопросы собственности, регистрации и другие неизбежно возникнут. Кроме того, если предположить, что затонувший корабль подпадает под понятие "ядерное судно", т.е. судно, оборудованное ЯЭУ, то на него, безусловно, будут распространяться нормы и международного атомного права.

Вместе с названными применительно к работам на затонувших объектах могут возникнуть и другие, не менее сложные проблемы. Как уже отмечалось выше, район гибели – не просто место катастрофы. По складывающемуся международному обычаю это место военно-морского захоронения, которое и в мирное время является, по сути, братской могилой военных моряков, погибших при выполнении служебных обязанностей.

Международные нормы практически не регулируют подобный процесс. Законодательство России[2] вопросы военно-морских захоронений также не рассматривает; этим же характеризуются законодательства и других государств. Из анализа зарубежных источников следует, что более подробно данная проблема раскрывалась в актах, изданных до Первой мировой войны[3]. В настоящее время эти вопросы частично разрешены в нормативных правовых актах, регламентирующих порядок службы на кораблях и судах ВМС. Например, известно, что американские моряки при подъеме части советской подводной лодки в районе Гавайских островов отдавали почести погибшим советским морякам по Уставу ВМС США. По-видимому, единственным источником предполагаемых правил может служить сложившаяся практика, основанная на давних морских традициях.

Попробуем обозначить некоторые вопросы общего характера, способные влиять на организацию работ, проводимых на военно-морском захоронении.

Очевидно, первым должен быть поставлен вопрос о том, уместно ли вообще каким-то образом затрагивать покой погребенных в океане моряков? Как известно, в случае гибели российской атомной подводной лодки "Курск" государство в лице высших органов государственной власти приняло решение о подъеме лодки, невзирая на многочисленные протесты родственников. Однако в связи с действиями ВМС США на советской подводной лодке К-129, затонувшей в Тихом океане в марте 1968 г., МИД СССР направил США ноту, в которой наряду с другим подчеркивалось: "Вы нарушили покой погибших моряков, осквернили их братскую могилу"[4]. В публикациях, связанных с попытками проведения несанкционированных работ на английском крейсере "Эдинбург", затонувшем в годы Второй мировой войны, отмечалось, что английская сторона объявила утонувший "Эдинбург" военным захоронением и, следовательно, никто из иностранцев не имел права нарушать вечный сон полусотни моряков, разделивших судьбу "Эдинбурга"[5].

Очевидно, что право государства принимать решения по судоподъему затонувших военных кораблей с погибшими членами экипажа должно быть законодательно регламентировано, ибо в противном случае судом подобные действия, без согласия родственников погибших, могут рассматриваться как "надругательство над могилой", предусматривающее уголовное наказание за несанкционированные действия в местах захоронений. Подобные нормы мы находим как в уголовном законодательстве России, так и в УК РСФСР (ст. 229) и уголовных кодексах некоторых других стран.

Вторая проблема носит терминологический характер и заключается, прежде всего, в детерминации понятия "военно-морское захоронение", поскольку наряду с этим понятием, в связи с рассматриваемыми действиями, в нормативных документах встречаются и такие, как "братская могила", "могила"[6], "место погребения"[7], "кладбище"[8], "памятные места славных побед и героической гибели кораблей русского и советского флота"[9].

Чем они различаются? Каково их толкование? Ни международно-правовые акты, ни нормативные акты РФ официального толкования вышеназванных терминов не дают, равно как не определяют правовой статус захоронений вообще и с военнослужащими в частности применительно к мирному или военному времени.

Между тем, конечно, разграничение таких понятий имеет практическое значение с точки зрения правил захоронения, содержания захоронений, права собственности на захоронение, учета прав родственников, ритуала памяти, источника финансирования расходов и т.п.

На наш взгляд, затонувший военный корабль, а также судно (независимо от характера времени: мирный или военный, с членами экипажа или без них, правового статуса вод, где затонул корабль (судно)), в большей степени имеет основания обозначаться "военным захоронением".

Под "военно-морским захоронением" мы предлагаем понимать официально объявленный государством (или судовладельцем, если таковой является органом государства) район затопления корабля (судна), летательного аппарата или иного объекта, вместе с которым погребены военнослужащие вооруженных сил.

На военно-морское захоронение распространяется юрисдикция государства флага затонувшего корабля (судна) или летательного аппарата, и ни одно государство, физическое или юридическое лицо не вправе без согласования с последним проводить какие-либо судоподъемные или иные подводные работы на таком объекте, за исключением случаев, когда затонувший объект угрожает или является источником загрязнения морской среды, а бывший судовладелец устраняется от работ по демпфированию существующей опасности.

Представляется, что для формально юридического отнесения места гибели к военному захоронению могут служить критерии определения понятия "военный корабль", содержащегося в ст. 29 КМП-82, а именно: принадлежность погибшего судна к вооруженным силам какого-либо государства; наличие документов, подтверждающих, что корабль в момент гибели находился под командованием офицера, состоявшего на службе правительства государства, идентифицирующего погибшее судно; наличие на судне останков военнослужащих, формировавших его экипаж.

По нашему мнению, на военное захоронение:

– сохраняется право собственности государства независимо от срока давности;
– распространяется юрисдикция государства флага корабля (судна).
Ни одно физическое или юридическое лицо не вправе без согласования с государством флага затонувшего корабля (судна) проводить какие-либо работы на таком корабле (судне).

Здесь мы лишь обозначили некоторые слагаемые правового статуса военного захоронения, и такой термин, равно как и определение его правового статуса, нуждается в международно-правовом закреплении.

К другим проблемам общего характера, только на первый взгляд кажущимся второстепенными, следует отнести проблемы оказания воинских почестей при погребении в случае подъема затонувшего корабля (судна). Назовем некоторые из них: надо ли отдавать почести, каков их ритуал, где проводить погребение в случае подъема судна и идентификации тела члена экипажа (в море или на берегу)[10], как проводить после этого захоронение (индивидуально или коллективно), по законам (правилам) государства флага затонувшего объекта или государства флага регистрации спасателя[11]?

Анализ международно-правовых актов и внутригосударственного законодательства показывает, что прямых ответов на поставленные вопросы они не содержат, однако, вместе с тем, позволяют выделить ряд принципиальных соображений, о которых, как нам представляется, уместно заметить и в настоящем параграфе.

В ст. 17 упоминавшейся Женевской конвенции об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях 1949 г. от сторон, находящихся в конфликте, требуется погребение погибших "с честью" и "если возможно, согласно обрядам религии, к которой они принадлежат, а также чтобы могилы уважались, были сосредоточены, по возможности, согласно национальности умерших, содержались надлежащим образом и отмечались таким образом, чтобы всегда можно было их разыскать".

Что касается места захоронения, то в ст. 16 Конвенции о применении к морской войне начал Женевской конвенции содержится положение о том, что воюющие стороны будут "следить за тем, чтобы их погребению на суше или в море (выделено автором. – А. С.) предшествовал внимательный осмотр их трупов"[12]. В ст. 20 Женевской конвенции об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море 1949 г. фиксируется, что стороны, находящиеся в конфликте, примут необходимые меры для того, чтобы погребение в море производилось, насколько это возможно, индивидуально.

Таким образом, обобщая сказанное в отношении места погребения, отметим, что международные нормы допускают захоронение как в море, так и на берегу, по возможности индивидуально, согласно национальным обрядам.

В Уставе гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил РФ зафиксировано, что погребение умерших военнослужащих производится либо по месту их службы, либо вне его. Корабельный устав ВМФ требует, чтобы тела умерших или погибших в бою на корабле были погребены на берегу. Только при невозможности соблюсти это правило тела предаются морю. В мирное время погребение в море умерших (погибших) военнослужащих производится с разрешения командующего флотом.

Другим, хотя в большей степени внутренним, вопросом является выбор обряда или ритуала погребения. В уже упоминавшихся действиях американского флота при погребении останков советских моряков с подводной лодки К-129 ритуал выглядел следующим образом. На американском судне был выстроен на юте личный состав; из корабельных динамиков звучал гимн Советского Союза. Перед строем на металлических тележках лежали шесть человеческих тел, обшитых парусиной и покрытых бело-голубыми военно-морскими флагами СССР. Тележки поочередно скатывались и опрокидывались с телами в море, сопровождаемые при этом троекратным салютом. Затем в такт музыки на воду был опущен пурпурнозеленый венок. Вахтенный офицер записал в журнал событий: "Широта 40° северная, долгота 180° восточная. Произведен ритуал захоронения шести советских моряков-подводников по морскому обычаю их страны"[13].

А вот как описывает К. М. Станюкович в рассказе "Между своими" ритуал похорон матроса в море. "Труп его одели в полный матросский костюм и ранним утром вынесли наверх, на шкафут, и положили на доске, лежавшей на козлах. Перед обедом, в присутствии капитана, офицеров и всей команды была отслужена священником панихида. После панихиды все подходили прощаться с усопшим. Флаг с утра был приспущен, в знак того, что на судне покойник. К вечеру труп зашили в парусиновый мешок, плотно охватывавший мертвое тело, к ногам привязали ядро, и после отпевания и отдачи воинских почестей, при глубоком молчании команды, четыре матроса понесли усопшего на доске к борту корвета, наклонили доску, и труп молодого матроса с легким всплеском исчез в прозрачной синеве океана"[14]. Американский и английский опыт мало чем отличаются от приведенного и добавляет к последнему минуту молчания[15].

По-видимому, международно-правовое регулирование погребения вряд ли уместно, ибо ритуалы прощания и похорон с умершим наитеснейшим образом связаны с морально-этическими и религиозными основами национального самосознания.

Что касается российских правил, то ритуал отдания воинских почестей при погребении, содержащийся в Корабельном уставе ВМФ, Уставе гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил РФ, распространяется на военнослужащих, которые погибли (умерли) во время службы на корабле (в части) и подлежат погребению впервые. Ситуаций, когда корабль (судно) затонул вместе с членами экипажа и останки перезахораниваются, ни Корабельный устав ВМФ, ни Устав службы на судах обеспечения ВМФ, ни КТМ РФ, ни другие законодательные или служебно-распорядительные документы не содержат. При организации похорон в море Корабельный устав ВМФ РФ требует создания специальной комиссии (ст. 706), согласования порядка похорон со старшим морским начальником (командиром военно-морской базы) (ст. 712), построения личного состава и исполнения траурного марша (ст. 711), приспускания военно-морского флага (ст. 708) и использования военно-морского флага для покрытия гроба (ст. 710).

В качестве выводов по главе следует констатировать, что морское право не детерминирует большинство из используемых в КМП-82 морских объектов. Достаточно подробно КМП-82 наполняет юридическим содержанием понятие "военный корабль". Вместе с тем анализ договорных источников морского права позволяет определить основные правила, которые следует применять в отношении к государственным и коммерческим судам, летательным аппаратам, искусственным установкам и иным сооружениям. Ключевой остается проблема юрисдикции в отношении судов и иных объектов прибрежного государства, нарушающих, по его мнению, установленные им правила и нормы.

[1] В п. 8 ст. 1 Конвенции об охране подводного культурного наследия 2001 г. под "государственными судами и летательными аппаратами" понимаются военные корабли и другие суда или летательные аппараты, которые принадлежали государству или эксплуатировались им и использовались в то время, когда они затонули, только в правительственных некоммерческих целях и которые идентифицированы в качестве таковых.
[2] См., например, Декрет СНК РСФСР "О кладбищах и похоронах" от 7 декабря 1918 г., ГК РФ, Корабельный устав ВМФ, Кодекс торгового мореплавания СССР 1968 г. или КТМ РФ, Санитарные правила устройства и содержания кладбищ № 1600–77 и др.
[3] См., например, Устав торгового мореплавания итальянского королевства. СПб.: тип. морского министерства, 1877; Свод английских морских торговых постановлений 1871 г. СПб.: Изд. С.-Петерб. морского ведомства, 1872 и др.
[4] См.: Бурбыга Н. Подводная лодка из бухты "Могила". К-129 на связь не вышла // Известия. 1992. 4, 7, 8, 10 июля.
[5] См.: Измайлов И. Золотые слитки со дна океана // Техника молодежи. 1982. №2. С. 28–29.
[6] См., например, Женевскую Конвенцию об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях 1949 г. (ст. 17).
[7] См.: Дополнительный протокол I к Женевским конвенциям 1949 г., касающихся защиты жертв международных вооруженных конфликтов (ст. 34).
[8] См.: Правила содержания и эксплуатации кладбищ Ленинграда и его пригородов (ст. 2). Причем кладбища подразделяются на действующие, полузакрытые, закрытые, мемориальные, воинские, братские.
[9] См.: Приказ Главнокомандующего ВМФ от 19 декабря 1986 г. №310.
[10] Из шести подводников, поднятых американскими моряками с подводной лодки К-129, только у троих удалось установить имена и фамилии по сохранившимся документам (из беседы Г. Киссинджера с послом СССР в США А. Добрыниным (см.: Турченко С., Гладкевич Ю. Операция "Дженифер" // Библиотечка "Красной Звезды". № 11/551. 1991. С. 27).
[11] Например, известно, что американские моряки при подъеме части советской подводной лодки К-129 в районе Гавайских островов отдавали почести погибшим советским морякам по Уставу ВМС США.
[12] Овчинников И. А. Сборник действующих трактатов, конвенций и других международных актов, имеющих отношение к военному мореплаванию. Пг.: тип. Морского министерства в Главном Адмиралтействе, 1914. С. 744.
[13] См.: Турченко С., Гладкевич Ю. Операция "Дженифер" // Библиотечка "Красной звезды". 1991. №11/551. С. 17.
[14] Станюкович К. Собр. соч.: в 10 т. М., 1977. Т. 3. С. 126–127.
[15] Сорокажердьев В. Все золото "Эдинбурга" // Флаг Родины. 1992. 12, 13 марта.

m.studme.org/83326/pravo/pravovoy_status...shih_voennyh_obektov
Последнее редактирование: 08 Март 2019 18:16 от Dobrohot.
Администратор запретил публиковать записи гостям.
Спасибо сказали: AlexN
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Вход

Календарь

Август 2022
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31